Макс Лукадо — Шесть часов одной пятницы

Шесть часов одной пятницы

Макс Лукадо

За шесть часов может случиться многое.

Но те шесть часов отличились от любых других. Это были самые уникальные и значимые часы всей истории мира и Вселенной.

Что же случилось в одну из пятниц? Что произошло за эти действительно удивительные шесть часов?

У всякого, кто был очевидцем этого, возникал вопрос: «Иисус, зачем Ты там? Что держит Тебя на кресте? Ведь гвозди не могут удержать Бога на дереве. Почему Ты висишь на кресте?»

В своем мастерском труде автор Макс Лукадо раскрывает эту тайну. Он указывает на три неизменные опоры для якоря нашей жизни:

  1. Моя жизнь не бессмысленна.
  2. Мои ошибки не смертельны.
  3. Моя смерть — еще не конец.

Захватывающие истории о жизни и смерти, герои которых на своем опыте узнали, что может служить опорой для якоря их жизни. Примеры со святых страниц Библии. Жизненные уроки, из которых мы можем понять, почему эти шесть часов, несмотря на весь ужас и всю боль, так прекрасны. Уроки, которые помогут вам пройти через немилосердные жизненные штормы.

Я уверен в одном: после того, как вы прочитаете «Шесть часов одной пятницы» ваша жизнь изменится. Приготовьтесь к незабываемому путешествию, полному благословений.

Количество страниц – 78

Скачать pdf  fb2 

Шесть часов одной пятницы читать

 

ГЛАВА 1

______________________________________________________________________

ШТОРМОВОЕ ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ

Выходные. День Труда 1979 года. Люди наслаждаются последним вальсом лета. Встречи, путешествия, пикники — отдых.

Но Майями не до развлечений. В то время как вся Америка веселится, Золотой Берег на юге Флориды застыл в напряжении. Дело в том, что на Карибах бушевал ураган «Давид», оставляя после себя затопленные острова и людей, лишившихся крова.

Жители Флориды не сидели сложа руки, когда ураган вышел на тропу войны. Окна наглухо закрыты, вещи упакованы в жестяные коробки, исправность маяков проверена. «Давид» приближается…

На реке Майями компания холостых парней пыталась решить, как лучше всего закрепить их плавучий дом. Это было небольшое суденышко. Честно говоря — просто дырявая баржа с кабиной. Но это был дом. И если они ничего не сделают, этот дом окажется на дне.

Никто из этих ребят никогда раньше не жил на судне, тем более не сталкивался с ураганом. Любой опытный моряк расхохотался бы, наблюдая за этими сухопутными моряками.

Это было похоже на кадры из кинофильма «Флот МакНила». Эти парни купили столько веревки, что ее хватило бы обвязать «Королеву Марию»1. Они привязали свою посудину швартовыми к деревьям, и привязались сами. Судно выглядело словно муха, запутавшаяся в сетях паука. Парни были так заняты, привязывая лодку ко всему подряд, что один из них остался не привязанным.

____

1 Самый большой пассажирский лайнер до 2003 года, был спущен на воду 26 сентября 1934 года. Длина лайнера 310,74 м, имеет 12 палуб, высота от киля до прогулочной палубы 28,19 м, ширина 35,97 м, фигурирует в фильме «Флот МакНила». (Здесь и далее примечания переводчика).

____

Откуда я знаю об этом промахе? Вы, наверное, уже догадались: эта лодка была моей. Не спрашивайте, зачем мне был нужен плавучий дом. Я на нем немного путешествовал, немного занимался бизнесом. Но тот день не сулил для моего бизнеса ничего хорошего. Я потратил на лодку три месячных зарплаты, а сейчас я должен был принести ее в жертву урагану. Я был в отчаянии. «Привяжи ее!»— вот все, о чем я мог думать.

Я уже отыскал конец веревки, когда появился Филл. Филл знал о лодках все. Казалось, что он родился в тельняшке и с морским загаром. Он говорил на морском жаргоне, умел завязывать морские узлы и даже разбирался в ураганах. Однажды Филл провел три дня в открытом море на маленькой парусной лодке. Он был для нас живой легендой.

Филл сжалился над нами, поэтому подошел к нам, чтобы дать несколько советов. Это были советы опытного моряка: «Вы пожалеете, если привяжете лодку к деревьям, потому что эти деревья превратятся в щепки. Ваша единственная надежда — прочно закрепить якорь, — сказал он. Бросьте по якорю с каждой стороны, ослабьте канаты и молитесь».

Прочно закрепить якорь… Хороший совет. Мы приняли его и … ладно, перед тем как я расскажу, чем закончилась эта история, давайте поговорим об опоре для вашего якоря.

Возможно, кто-то из читателей прямо сейчас оказался посреди шторма. Погода портится, вода прибывает и вы видите, как начинают гнуться деревья.

Вы старались, как могли, но ваш брак обречен. Это лишь вопрос времени.

Вы откусили намного больше, чем можете прожевать. Вы не должны были браться за эту задачу.

Вы никак не успеваете закончить работу в срок. И когда наступает время сдачи проекта, вы застигнуты врасплох….

Вы боялись этой встречи всю неделю, в больницу уже положили несколько человек и теперь врач вызывает вас… «О чем со мной хотят поговорить? Почему необходимо обследовать нашего малыша?»…

Возможно, ветер дует уже со штормовой силой, и вы изо всех сил цепляетесь за свою жизнь.

«Почему именно наш сын?» — вот все, что вы можете произнести. Похороны закончились. Отзвучали все вежливо сказанные соболезнования. И сейчас вы остались наедине с вашими воспоминаниями и вопросом: «Почему я?»

«Тест был положительным. Опухоль оказалась злокачественной». Именно с этого момента начались самые сильные страдания. Нужна операция.

«Они приняли другое предложение». Эта сделка была вашей последней надеждой. Из-за того, что вашу цену перебили, вам придется закрыть магазин. Благодаря этому клиенту ваш бизнес смог бы продержаться на плаву еще один квартал. Но что теперь?…

Волны, уносящие нашу радость. Ветры, выкорчевывающие нашу надежду. Приливы, которые просачиваются через двери наших жизней и затапливают этажи наших сердец, один за другим.

Я написал эту главу, и на меня обрушился ураган. Звонок раздался во время служения. Это было тревожным сигналом. Звонила моя жена. Именно ей пришлось сообщить мне зловещую новость. «Макс, звонила твоя сестра. У твоей мамы завтра утром в отделении хирургии будет внеплановый осмотр».

Несколько коротких звонков в авиалинии. Одежда брошена в чемодан. И вот моя машина мчится в аэропорт. Я еле-еле успел купить последний билет на последний рейс.

Нет времени для изобретения своей собственной философии боли и страдания. Нет времени для размышлений о тайне смерти. Поздно устанавливать опоры, за которые мог бы зацепиться ваш якорь. Время есть только для того, чтобы бросить якорь, твердо держаться своих позиций и доверять тем опорам, которые уже стоят.

Опоры для якоря. Твердые, прочные скалы, глубоко погруженные в крепкое, надежное основание. Ими не могут быть какие-то случайные мнения или гипотезы, являющиеся предметом дискуссий. Это должны быть нерушимые, непреложные истины, которые удержат вас на плаву. Насколько сильны ваши убеждения? Устоит ли ваша жизнь, когда вы столкнетесь лицом к лицу с одним из штормов, имена которым Бесполезность, Ошибки, Смерть?

Бессмысленность. Вы поднимаетесь все выше и выше. Вы должны быть довольны. Вы делаете то, что у вас хорошо получается. У вас есть дом. У вас есть работа. У вас есть охрана. У вас две машины в гараже и счет в банке. По общему мнению, вы должны быть довольны. Почему же вы так несчастны? Не потому ли, что знаете, что за каждым приливом следует отлив? Не потому ли, что ни ваше образование, ни продвижение по службе не дают ответов на вопросы, которые не дают вам уснуть? «Для чего это все?» «Кому интересно то, что я сделал?» «Кого волнует мое настоящее я?» «Для чего это все?»

Ошибки. Вы больше не можете этого скрывать. Это написано у вас на лице. Неудача следует за вами по пятам. Вы ошиблись. Вы скатились вниз по наклонной плоскости. Вместо того, чтобы быть впереди, вы оказались позади. Вы поступили именно так, как поклялись никогда не поступать.

Ваш якорь упал в песок, не найдя опоры. И если в ближайшее время он не зацепится за камни, корабль вашей жизни потерпит крушение.

Смерть. Эта сцена повторяется каждый день тысячи раз. Складные стульчики на ухоженном газоне. Люди в трауре под бескрайним шатром неба. Бумажные носовые платки. Слезы. Слова. Гроб. Цветы. Земля. Вырытая могила. Это волна смерти.

Мысли вновь и вновь, словно волны, бьются о берег. Вы думали, что шторм пройдет стороной. Вы не ожидали, что он доберется до вас, но это произошло. Нежданный и непредвиденный. Вас сбила с ног мощная волна, унося ваши мысли, любовь, вашу невинность, вашего друга, семью… Вы промокли и дрожите, ожидая своей очереди.

Бессмысленность, ошибки, смерть.

Вы не должны встречаться с этими чудищами лицом к лицу, в одиночку. Прислушайтесь к совету моряка: бросьте якорь поглубже.

Поднимаются ли штормы на вашем пути?

Эта книга подскажет вам, что является действительно надежной опорой для вашего якоря. Это три храбреца, способные выстоять в любой шторм; три скалы, о которые разбиваются самые высокие волны; три внушающие благоговение уступа, за которые может зацепиться ваш якорь. Каждая из этих якорных опор была глубоко укоренена в крепкое и прочное основание две тысячи лет назад плотником, который был провозглашен Христом. Он совершил это в один прекрасный день, в пятницу, всего за шесть часов.

______________________________________________________________________

Для случайного зрителя в этих шести часах не было ничего необычного. Для случайного зрителя, эта Пятница была самой обычной пятницей. Шесть часов обыденности. Шесть часов ожидания. Шесть часов. Пятница. Этого времени достаточно, чтобы

пастух пересчитал своих овец,

хозяйка переделала всю домашнюю работу,

акушер принял ребенка,

и сгорающий от лихорадки человек стал холодным трупом.

Шесть часов. С 9.00 до 15.00.

Шесть часов. Пятница.

Шесть обычных часов, наполненных тайной жизни.

______________________________________________________________________

В лучах яркого полуденного солнца, освещавшего самое обычное иудейское селение, силуэт пастуха, стоявшего возле стада тучных овец, казался черным.

Пастух пристально вглядывался в небо, ища хоть облачко. Но небо было чистое.

Он посмотрел на своих овец. Они лениво щипали травку на скалистом склоне, где росла одинокая сикомора отбрасывавшая короткую тень. Пастух присел, покусывая травинку, посмотрел вверх, на стадо и на дорогу, пролегавшую под холмом.

Впервые за последние несколько дней сутолока на дороге уменьшилась. Несколько недель река паломников тянулась через эту долину, загромождая дорогу животными и гружеными повозками. А он целыми днями наблюдал за происходящим. Хотя он их не слышал, он знал, что они говорят на дюжине разных диалектов. И, хотя он не разговаривал с ними, он знал, куда и зачем они направляются.

Они шли в Иерусалим. Они шли в храм приносить в жертву агнцев.

Он скептически относился к этим торжествам. Улицы переполнены людьми. Базар полон разнообразных звуков: гул голосов, блеяние овец, крик продающейся птицы.

Бесконечные обряды.

Люди наслаждаются праздниками. Они рано встают и поздно ложатся. Странным образом исполнение Закона превратилось для них в пышный карнавал.

Но только не для него.

Разве Бога удовлетворит смерть животного?

Пастух никогда не поделится сомнениями, которые посещают его на холме, но сегодня он не может просто отмахнуться от них: их голос слишком громок.

Причиной его тревоги была бессмысленность.

Сколько лет он видел, как люди приходят и уходят? Сколько он видел жертв? Сколько кровавых трупов?

К нему подкрались воспоминания. Воспоминания о безудержном гневе… о необузданной похоти… о всепоглощающей тревоге. Так много ошибок. Он столько раз оступался. Груз вины так велик. А Бог кажется таким далеким. Агнец за агнцем, Пасха за Пасхой. А я все равно не чувствую никаких изменений.

Он отвернулся и снова посмотрел на небо. Что изменит кровь еще одного агнца?

______________________________________________________________________

Женщина дома одна. Пятница. Ее муж, священник, сейчас в храме. Хотя уже время обеда, есть ей не хочется. Да и зачем готовить еду только для себя? Поэтому она сидит и смотрит в окно.

Узкая улица, на которую выходят окна ее дома, полна людей. Будь она моложе, она была бы там. Она нашла бы любую причину, чтобы только выйти на улицу. Когда-то она наслаждалась этим. В прошлом. Сейчас ее волосы поседели, а все лицо покрылось морщинами. Она устала.

Год за годом наблюдает она за праздниками. Год за годом она видит людей. Годы унесли ее молодость и оставили лишь растерянность. В молодости они была слишком занята, чтобы думать. Она воспитывала детей. Готовила еду. Ей нужно было успеть все сделать. Любая задача была ей по плечу. Но сейчас ее дом пуст. У тех, кто нуждался в ней, уже есть кто-то, кто нуждается в них. И сейчас вопросы особенно безжалостны. Кто я? Откуда я пришла? Куда я иду? Почему этот мир так устроен?

______________________________________________________________________

В доме царит оживление. В одной комнате ходит из угла в угол мужчина. В другой — женщина рожает ребенка. Капли пота блестят у нее на лбу. Она то закрывает, то открывает глаза. Она то смеется, то стонет. Молодой врач ободряет ее: «Еще немного! Не сдавайся!» Глубоко дыша, она делает последнее усилие. Потом бледная и обессиленная она откидывается назад.

«У вас сын!» Она приподнимает голову, чтобы увидеть красного младенца, лежащего на широких ладонях врача.

Удовлетворенный своей работой врач очищает младенцу глазки и с улыбкой смотрит, как они открываются. Новорожденного возвращают матери. Врач отправляется в другой дом. В этом доме тихо. Возле спальни сидит седая женщина, а за стеной лежит ее высохший от болезни муж. У него жар. Сделать уже ничего нельзя.

Врач точно так же беспомощен, как и этот человек присмерти. Человек пытается сделать последний вдох, его костлявая обнаженная грудь высоко поднимается, рот раскрывается так широко, что губы белеют. Он умер.

И те самые руки, что помогли открыться глазкам младенца, закрывают глаза мертвеца. И все это всего за шесть часов, в одну из пятниц.

Врач сражается с вопросами. Он не хочет тратить на них время. Но эти вопросы настойчиво требуют, чтобы их услышали:

«Почему исцеление больного только откладывает смерть?»

«Почему после временной передышки наступает ухудшение?»

«Неужели мы рождаемся только для того, чтобы умереть? Кому, принадлежит костлявая рука смерти, ищущая новую жертву?»

«Кто с таким постоянством отделяет душу от тела? От чего зависит его выбор?»

Врач пожимает плечами и накрывает белой простыней посеревшее лицо.

Шесть часов. Пятница.

Для стороннего наблюдателя эти шесть часов заполнены мирской суетой. У пастуха — его овцы, у домохозяйки — свои заботы, у врача — его пациенты. И лишь горстка очевидцев, преисполненных благоговейного трепета, осознает, что они являются свидетелями самого удивительного чуда, непостижимого разуму.

Бог на кресте. Творец вселенной вознесен. На Его щеках запекшаяся кровь вперемешку со слюной. Его губы потрескались и распухли. Тернии вспороли кожу на Его голове. Его легкие кричат от боли. Его ноги свело судорогой. Его нервы натянуты до предела, словно играющие болезненную мелодию струны, которые вот-вот лопнут. А смерти все нет. И никто не может спасти Его, потому что пожертвовать Собой решил Он Сам.

Нет, это не обычные шесть часов… это не обычная пятница.

Гораздо страшнее, чем смерть его тела — это разорванное на клочки сердце.

Его земляки настойчиво требовали его смерти.

Его ученик заклеймил его предательским поцелуем.

Его друг спрятался в кусты. А сейчас даже Его собственный Отец отвернулся от Него, оставив одного.

Зритель не в силах помочь, он может лишь спросить: «Иисус, неужели Ты не собираешься спасти Себя? Что держит Тебя там? Что удерживает Тебя на кресте? Гвозди не могут удержать Бога на дереве. Что же заставляет Тебя оставаться на нем?»

Пастух смотрит на потемневшее небо. Всего секунду назад он видел солнце, а сейчас оно скрылось.

Холодный воздух. Черное небо. Но ни грома, ни молнии, ни туч.

Перепуганные овцы. Пастуху стало не по себе. Одинокий, он стоит, волнуясь и прислушиваясь.

Что за адская тьма? Что за таинственное затмение? Куда исчез свет?

Издалека донесся крик. Пастух повернулся в сторону Иерусалима.

Солдат, не подозревающий, что его удар — часть Божьего плана, наносит этот удар и протыкает бок копьем. Кровь Агнца Божьего пролилась и очистила нас.

Женщина едва успела зажечь лампу, как ее муж ворвался в дверь. В его широко раскрытых глазах дико плясало отражающееся пламя лампы. «Завеса в храме… — запыхавшись, начал он — разорвалась! Разорвалась на две части, сверху донизу!»

Ангел тьмы парит над человеком, висящем на центральном кресте.

Никому другому он не мог поручить это убийство. Он не отправил на это дежурство какого-нибудь беса. Сатана оставил это задание для себя лично. Торжествуя, он провел рукой смерти по глазам жизни.

Но в тот самый момент, когда оборвалось последнее дыхание, началась битва.

Земля грохочет. Молодой врач пытается удержать равновесие. Это землетрясение. С грохотом передвигаются камни. Земля дрожит, словно в вдруг распахнутые двери тюрем ринулись все узники мира. Доктор, пытаясь сохранить равновесие, спешит в комнату только что умершего.

Но его тело исчезло…

______________________________________________________________________

Шесть часов. Пятница.

Позвольте мне вас спросить: «Как вы относитесь к этому дню в истории? Что для вас значат события этого дня?»

Это действительно случилось…. Если Бог был автором своего собственного распятия… если Бог отвернулся от Своего Сына… если Бог взял приступом ворота сатаны, тогда шесть часов той пятницы полны трагического триумфа. Если на кресте был Бог, то холм, называемый Голгофа — это гранит с вбитыми гвоздями и кольями, за который может зацепиться ваш якорь. Это были не простые шесть часов. Это были самые значимые и важные часы истории человечества. За шесть часов в ту пятницу Бог установил три крепких и надежных опоры для вашего якоря, три скалы, которые могут противостоять любому шторму.

Первая скала — моя жизнь не бессмысленна. Эта скала, словно щит, будет охранять ваше сердце. Ее главное назначение в том, чтобы вы могли ухватиться за нее, когда встретитесь лицом к лицу с приступом тоски от того, что все в этом мире бессмысленно и относительно. Удержаться вам поможет твердая уверенность в существовании следующей истины: кто-то всем управляет, и у моей жизни есть цель и смысл.

Вторая скала — Мои ошибки не смертельны. Это не значит, что Бог одобряет вашу жизнь, но, несмотря на ваши ошибки, Он любит вас. Тот, Кто имеет полное право осудить вас, придумал план вашего избавления. Да, вы делаете ошибки, но Бог не ошибся, сотворив вас.

Третья скала — Моя смерть — еще не конец. Есть только одна скала, за которую вы можете зацепить свой якорь. Это огромная тяжелая каменная глыба, завалившая вход в могилу. Но эта глыба не была слишком огромной для Иисуса. Он для того и вошел в гробницу, чтобы доказать, что может выйти. И на обратном пути Иисус захватил этот камень с собой, чтобы сделать из него опору для нашего якоря. Он бросил его в неотмеченные на карте воды смерти. Зацепись за него, и тайфун гробницы станет ласковым ветерком в Пасхальное воскресенье.

Вот они. Три опоры для нашего якоря. То, что мы имеем благодаря кресту.

Кстати, ураган «Давид» так никогда и не достиг Майами. Спустя тридцать минут он отправился на Север. Самое серьезное повреждение, полученное моей лодкой — сгоревшая веревка. Да и это произошло из-за чрезмерного усердия судовой команды.

Надеюсь, что ваш ураган тоже пройдет стороной. Но если этого не случится, примите совет моряка: «Бросьте якорь поглубже, помолитесь и держитесь». И не удивляйтесь, если кто-то пройдет по воде и подаст вам руку.

Понравилась книга? Скачайте полностью!

Шесть часов одной пятницы скачать pdf fb2 

0
Поделиться